Золотая серия. Книга Светланы Савицкой "Таємниця життя"

Золотая серия. Книга Светланы Савицкой "Таємниця життя"

ББК 84  УДК 82-32

С 13

ISBN 978-617-7494-27-9 

Таємниця життя. Казки. Том I/ Савіцька С.В. Київ: Золота Серія «Письменник в ітернет-просторі»,2018. – 250 с. 

Книга казок «Таємниця життя» - повний переклад книги «300 сказок и историй Савицкой Светланы Васильевны», надрукованої видавництвом Р-Медиа в 2004 році.

Над перекладом працювала українська перекладачка Людмила Крижанівська.

Видавництво «Письменник в інтернет-просторі» висловлює подяку літературному салону «Дом Берлиных» (США) та письменнику-публіцисту Бахиту Рустемову (Казахстан) за допомогу цьому виданню.

 

 Светлана Васильевна Савицкая, юрист, доктор философии в области социологии и культурологии, писатель, общественный деятель.

Единственный писатель, чьи книги оформляла ясновидящая Джуна. (Совместный альбом 100 притч «Энергия сердца» в 2014г.) Выпущен ЭКСМО в тоже время альбом «Энергия вселенной» с оформлением Никаса Сафронова. Третья книга притч «Энергия мудрости» вошла в разные издания, в том числе «Большая книга женской мудрости», «Мудрые притчи для мудрых женщин» (ЭКСМО), «Седые косы» (Индия, Калькутта на бенгали), «Золотой обрез» (Амазон, США на английском), «Таинства русской души» (Гютерсло, Германия на немецком) и в других странах на 20 языках мира.  Являются лидерами продаж.

Кроме притч вышло более 70 художественных и научных книг, военно-исторический роман «Балканы» был удостоен почетного знака «Самарский крест» от правительства Болгарии и медали Победы, переведен на арабский язык, и выпущен в Дамаске (Сирия). Исследовательский роман «Распутай время» признан лучшей книгой 2011 года в Германии (Гран-При Берлин. Институт изучения русского языка 2011), Сербия вручила писателю «Златну круну». В 2016 году - Гран-При по прозе и Диплом Гомера в Греции.

АКАДЕМИК ордена Ломоносова Международной Академии Интеграции Науки и Бизнеса (МАИНБ), Член Союза писателей России (СП), Международного союза писателей (МСП) Новый современник, Всемирного союза писателей (ВСП), Мюнхен при ЮНЕСКО, Почетный член Академии Международной Академии экологической безопасности (МАНЭБ) по секции Образование, Почетный член Российского общества изучения проблем Атлантиды (РОИПА), Почетный член СП Крагуевац, Сербия. Член-корреспондент ПРА (Православной русской Академии). Почетный член Творческого объединения «Лира» г. Штутгард, Германия.

Обладатель ордена «Трудовая доблесть России» (2010г.)

ОБЛАДАТЕЛЬ ЛИТЕРАТУРНЫХ ПРЕМИЙ от Союза писателей России и Орденов им. Владимира Маяковского (2010г.), «За глубокое психологическое исследование, смелую творческую новизну и литературные находки романа «Назови имя Бога», Г.Р. Державина(2010г.) «За высокий литературный уровень повести «Я верю тебе, мама», С. Есенина «Золотая осень» (2012) «За переводы сербских песен в стиле народной поэзии» и медалей А.П. Чехова (2008г.), А.С. Грибоедова (2009г.) «За высокое художественное мастерство короткого рассказа». Включена в Золотой Фонд литераторов Калининградского издания «Берега», Золотую книгу поэтов г. Дюссельдорф.

Хрустальный кубок Лос-Анджелес (Америка) за самый популярный литературный проект.

Книга сказок «Секрет жизни» - полный перевод книги «300 сказок и историй Савицкой Светланы Васильевны», выпущенной издательством Р-Медиа в 2004 г. Над переводом работала замечательная украинская переводчица Людмила Крыжановская.

 

 

                               СКАЗКИ САВИЦКОЙ

                      (Вступительная статья В.В. Ильина)

Читаем сказки, входя в особый мир познания.

Вот Черничный человечек, дарующий молодость. Вот Лучезарное существо, забирающее все, что подарило. А вот Пшеничные человечки в сказке «Совесть». Их голос нашептывает вору: «Не пахал, ни сеял, пшеничку то вернуть надо бы!»…

Резкая социальная примета современности в деформации символического – гуманитарное выхолащивание продуктивных инструментов бытия, перевод науки, искусства, политики в режим отстраненного формотворчества. Попытаемся передать смысл сказанного вызывающей безудержное отвращение мыслью Ламетри: «… самое важное… это освободить человека от совести» (схожее, не в виде пожелания, а уже в виде предписания, практиковали громилы II Рейха, искоренявшие из сознания «химеру совести».)

И вопреки этой идее с 1996 года выходят на первый взгляд наивные сказки «Совесть», «Головешка», «Звонкий смех». С самых ранних своих сказок автор твердо заявляет о собственном исключительном стержне нравственности. Любая из них - символ, как эталон совести, будит в нас «нашептывающие» грехи, которые не простит бог, потому что мы сами простить их себе никогда не сможем.

В виду совести не может быть бутафории. Она также невидима, как Пшеничный человечек Савицкой. Грандиозный общечеловеческий материал – все народно-эпическое, фольклорно-мифологическое достояние автор с легкостью использует как  парадигму философии, что была до нее и на ней, как на полу (что для других потолок) выстраивает новые сюжеты, вводит  новых героев над-этажа, над-стройки нынешней действительности. А мы, пребывающие в современном мире, естественно, делаем выводы нового времени, являющихся лишь проекцией выводов о главных нравственных ценностях, на которые ссылались ученые древности, лежащие в основе всех религий.

Сказки Савицкой сплетены языком народных преданий, былин, легенд,  заповедей, сказаний. Назидания народной мудрости в них не забыты, а продолжены. Пересказаны иначе. На новых примерах работает ток заряжающий энергией жизнелюбия. Автор оставляет нас наедине с небом достаточно часто. Вот «Жадная звезда». Вот «Лети, как Киа!» А вот «Птицы-облака». Стимулируя сосредоточие души, автор всецело сопротивляется тлетворному глумотворству. Символизм ее жизни и творчества, отменяя жизнь в кругу посягательств на святыни, тем самым обуславливает ее значительность. Высшее в бытии есть одновременно символическое в нем.

Очень важен лейтмотив над-ситуативности. Он неизменно переходит из сказки в сказку. Из мысли в мысль. Жизнь – самое дорогое у человека. А что дороже жизни?

Из сказки «Золотой принц» мы видим, что любовь. Странная фраза цыганки, обращенная к Золотому принцу «Жизнь я люблю больше, поэтому выбираю смерть!» Читатель понимает, что в слове жизнь заключено что-то другое. И невольно задает себе вопрос – а что же для него жизнь? И даже не просто жизнь, а некая Жизнь с большой буквы, символизирующая полноту этой жизни.

В сказке «Тин-Ти-Ней» олицетворение полноты жизни приходит через дождь. «Звезды в соломенной шляпе» щемяще напоминают о мечте юности.

«Белые цветы» буквально от и до пронизаны символами над-ситуативных ощущений.

Изображение предметности оказывается в сказках Савицкой неожиданным воплощением идеалий, оформляющихся на стыке «романтической приподнятости», «гражданской панорамности», «эмоциональной сопричастности» и близких им смысловых линий.  Фантазия, темперамент, шлифуясь композиционно, изобразительно, достигают правдоподобия в сочленении событийного и сентиментального измерений происходящего, возносят неоригинальный предмет обыденности («В непролазной чаще черного леса стоял когда-то угрюмый город. И жили в нем несчастные люди…») на пьедестал оригинального произведения «Белые цветы», поставленного десятками сцен, и переведенного теперь на 20 языков мира.

Любой символонесущий объект ее сказок утрачивает идентичность, как только читатель «засасывается» в этот реальный-волшебный мир.

Вместо того чтобы выражать самого себя, символ выступает в роли выразителя другого (других). Возьмем к примеру сказку «Пустой орех». Объект преодолевает путешествие от матери орешницы, и попадает на стол, а потом в руки мальчика, который из ореха мастерит президента целого шкафа самодельных человечков! Одна из наиболее популярных сказок автора «Пустой орех» выбиралась, как пример для учеников «вот, если не будете учиться, будете, как пустой орех». В одной из бывших союзных республик чуть не сняли с должности главного редактора газеты опубликовавшего сказку, потому как их президент носил очки, и его помощники вдруг увидели «некое» сходство. Как матрешка в матрешке в сказку заложен символ в символ.

Пирамидою смыслов выступают и «Детские песенки» и «Бабочка с поломанным крылом» и «Клопиная история».

В данном случае, правило тождества отступает, замещаясь правилом со-причастия. В реальный опыт символического праксиса они вовлечены как метки-заместители располагающихся за ними идеалий.

Скажем, хлеб, инкорпорированный в евхаристию, трансформируется в просфору, фигурирующую в культе под видом тела Христа в качестве пищи духа. Никому и в голову не придет насыщаться просфорой.

Символ у Савицкой всегда не презентант, но репрезентант, выразитель не себя, но иного, гносеологически он эксплицируется актами расщепления формы и содержания, облика и наполнения, создающими предпосылки дупликации бытия – расслоение его на «материальный носитель» и «манифестацию». Традиционные формально-логические концептуализации в импликативной схематике «причина-следствие» заменяются интерпретативными концептуализациями в схематике «причина (предмет) – значение», предающими сознанию специфическую многоликость.

Обособленная от всех и квалифицированная в своем аспекте engross способность писателя Савицкой «представлять-воплощать» оказывается не чем иным, как способностью параморфного моделирования действительности (выражение одного через другое), составляющего краеугольный камень символического.

Сходна с ней сознательная операция аттестует рафинированное символическое сознание, выискивающее в предметности всякого рода «склонности», «способности». Савицкая ученый «видит» в осязаемом – энергии, силы; Савицкая художник – гармонию; Савицкая музыкант – мелодию. Говоря просто, если она способна в «соломенной шляпе» увидеть звезды, сказать про старика волшебника: «а по дороге шел мальчик с золотыми кудрями», - она – не охваченная необузданной фантазией дикарка, не живущий в мире иллюзий безумец, она - заслуживший уважения Homo symbolikum, осуществляющий свое человеческое призвание.

Определенно, творец Савицкая с рождения пронизана стремлением проникновения за пределы опытной реальности. Последним обнаруживается ее антипозитивистский характер. Ее философия не может быть наглядной. В опытном мире, замечает Вейль, «мы живем как люди, составляющие часть природы». Однако, как носители символического, мы выходим за пределы природы – пытаемся быть сопричастными стоящему за чувственными данностями миру.   

Сеансами «сказкотерапии» названы многочисленные встречи с писателем в школах, детских домах и домах престарелых, экологических и молодежных центрах… Почему?

Некая универсальная лингвистическая терапия заложена Савицкой в каждую сказку. И воздействует особенно ярко в кульминационных символических моментах:

«Не плач! Ты – самая добрая, самая лучшая девочка на свете!» – восклицает волшебник (сказка «Девочка и волшебник»).

«..взял он в ладонь маленький МЕРТВЫЙ цветочек, оторвав от трубы скрюченные корешки.  И Великая тайна открылась ему. Он понял загадку ЖИВОГО цветка» (сказка «Мастер и Маргаритка»).

«Лучезарное существо взобралось на струну и пошло по ней. Струна оказалась очень тонкой. Существо скоро порезалось. Из ножек на пол побежали капельки прозрачных слез. Но Существо дошло таки до окна, хотя что-то менялось в нем с каждой секундой» (сказка «Лучезарное существо»).

Символическое раскрепощение души, «Немыслимой, невиданной свободы, неслыханной судьбы волшебство», как приобщение к божественной тайне, избавление сознания от фантомов «Лучи коснулись горба Анжелики. Внутри что-то звучно хрустнуло. Лопнула кожица, как бутон пиона. Из спины стремительно развернулись крылья. Анжелика взлетела над удивленной площадью…»(сказка «Замок крылатых») слезами благословенной радости излечат еще много душ.

«Читай обратно!» - воскликнул четырехлетний мальчик, когда отец читал ему эти строки. «Ты не понял?» «Я понял! Но так хорошо!» - ответил ребенок.

Академик А.Н. Малюта еще в 2000 году подчеркивал на своих многочисленных лекциях: «Сказки Савицкой надо издавать миллионными тиражами. Они несут ключ запуска гиперкомплексного спасения общества».

К сожалению, мы повсеместно наблюдаем снижение параллельных рядов нашего культурного времени. Это:

- подмена образования обучением, медиаоперациональностью, к чему относится привитие умений проходить тесты с утратой креативных способностей создавать произведения;

- упразднение творчества, содержательной иновационности, оригинальности, самостоятельности, замещаемых натаскиванием, механическим тиражированием текстов, передачей сообщений, приобщением к готовым результатам, распознаванием информации;

- вытеснение знания сведениями, способности думать способностью идентифицировать.

Современный мир доллара диктует славянскому менталитету переходить на систему, где «мысль» редуцируется к «сообщению», сознание – к имитации, генерация – к трансляции, продукция – к репродукции.

Мы наблюдаем кроме того по всему земному шару специфическое бегство от мышления, выражаемое снижающими параллельными рядами нашего культурного времени.

Движение к массомедийному социуму с характерным вытеснением творчества информационным потребительством давно и точно осмысленно  в философском сознании под видом становления «технического интеллекта» (Шиллер): «вычисляющего мышления» (Хайдеггер); «псевдомышления» (Фромм).

Такого рода мышлению оппонирует подлинно символическое контрдвижение жизни и творчества писателя Савицкой, поднимающее на щит культуру как прорыв, а не распознование; «Я» – как свободную реализацию, а не калькуляцию; познание, как поиск, а не приобщение; мышление – как активность, а не реактивность.

Личное участие творцов такого уровня в наращивании символической формации – разработка наук и искусства, - а не знание прежней мудрости, и определяет в конечном итоге прогресс мировых культур. Ее словами это выражено так: «Не умеем, как надо, значит, сделаем так, как не было никогда

Сказка «Серебряные врата». Точка катарсиса: 

«Не спали в эту ночь не-весты. Сели спиралями у костра. Взялись за руки. И давай мечтать.

И сознание дев непорочных было столь мощным и столь прекрасным в своем отчаянии, что появился над землею огромный крылатый корабль, точно белый лебедь, украшенный самыми благоуханными цветами молодых не-вест. Не из бревен он был сбит, а из призрачных мерцающих радуг. Веслами того корабля управляли любовь и счастье. В высоких шелковых парусах – трепетали теплые весенние ветры. Вместо штурвала – блистательное солнце! Вместо пушек – смелые звезды! Оживают на том корабле самые лучшие самые веселые игрушки. А на палубе – все радостно смеющиеся дети земли!

- Вперед – скомандовала Не-Веста, - постоим за наших отцов и дедов, баб и матерей, за наших братьев и за нашу Землю!

И ринулся рожденной галактикой мощный непреодолимый энергетический сгусток - этот прекрасный коллективный сон в разрозненные сны врагов, которые мечтали лишь о власти, деньгах и славе. И те под ничтожеством своих стремлений, превратились в камни и пыль».

Мир современной русской сказки формируется у нас на глазах. На корабле, построенном в уме «дев непорочных»,  добро принимает бой зла и побеждает. Вершится профессиональное дело, возникает нетривиальный продукт по Шиллеру:

«В царство сказок возвратились боги,

Покидая мир, который сам,

Возмужав, уже без их подмоги,

Может плыть по небесам».

 

Виктор Васильевич Ильин - доктор философских наук, профессор МГУ, ВТУ им. Баумана, Тимирязевский Академии. Известный специалист в области эпистемологии, политологии, макросоциологии. Автор многих работ по фундаментальным проблемам философии.