Наталья Вареник. Мариуполь: ожидание и боль...

Наталья Вареник. Мариуполь: ожидание и боль...

Светлой памяти Николая Сергеевича Коссе, Ответственного секретаря Федерации Греческих Обществ Украины

                                         
Есть на карте мира особый город.
Город, не похожий на любой другой, он живет по своим, особым законам, которые сложились веками и объясняются менталитетом, культурой, религией, историческими корнями и традициями населяющих его людей. Лучше всего говорят о нем названия его улиц - Греческая, Карасевская, Георгиевская - и лица прохожих, среди которых так много смуглых, черноволосых, кареглазых людей, что кажется – ты попал в Салоники или Афины…
В 1779 году, в царской грамоте Екатерины II, пожалованной грекам-переселенцам из Крыма, этот новый, будущий город Мариенполь именовался как «Марианополь», а осенью того же года на бумажном плане название было записано, как «город Мариу-поль», ставший впоследствии Мариуполем.
Греки Приазовья, как утверждает Википедия - третья по численности этническая группа Донецкой области и крупнейшая община компактно проживающих греков на территории всего постсоветского пространства. Значительная их часть проживает в Мариуполе – на родине моих предков, в городе с удивительной аурой, булыжными мостовыми, старинными воротами в виде арок, оплетенных виноградными гроздьями…

                     
Этой весной в Мариуполе состоялся VII съезд Федерации греческих обществ Украины – своеобразное народное вече греков со всех регионов страны, в котором приняли участие 136 делегатов и около 50 гостей.
Приглашение принять участие в этом форуме было неожиданным: еще до недавнего времени поезда из Киева в Мариуполь не ходили – железнодорожное сообщение, ранее осуществлявшееся через Донецк, уже не первый год, как прервано. Мариупольцы добирались до столицы и вообще всей остальной части страны всякими правдами и неправдами – автобусами и попутками.
И вдруг, на вокзале обрадовали: поезд идет! Правда, обходными путями…
Спрашиваю у Ответственно секретаря Федерации греческих обществ Николая Косе: «Как там у вас? Стреляют?»
Слышу в ответ бодрое: «Постреливают! Но сейчас почти за 100 километров»…
Два года полной невозможности побывать в Мариуполе.
Тревога, боль, переживания за судьбу города и друзей, живущих в нем. Не исключено, работа и 
занятость помешали бы побывать на съезде, который и так уже откладывали из-за напряженной обстановки в регионе, если бы против этого не восстали все мои предки, весь род, который живет в моих генах.
Я должна была увидеть Мариуполь, понять трагедию, происходящую там, и получить бесценный опыт, который и является главной целью пребывания на Земле каждого человека.
Чтобы понять, что такое этот удивительный греческий город, процитирую отрывок из моей повести «Возвращение в Мариуполь», вышедшей в свет несколько лет назад в книге «Эмигранты» и перепечатанной многими греческими изданиями:
«В детстве от бабушки я впервые услышала немного странное и непонятное слово: «Мариуполь».
Оно звучало, как «Акрополь» или «Атлантида».
Почти все события рассказов происходили в этом самом таинственном Мариуполе.
Он был волнующим, пах морем, по нему бродили банды махновцев и в нем жила маленькая гимназистка – баба Женя. С детства образ Мариуполя вошел в мое сознание, как образ далекой Родины, откуда мы пришли, подобно древним варягам.
Мариуполь был только в прошлом, будто бы он сгинул в огне гражданской войны или ушел на дно океана. Мне никогда не приходило в голову, что он существует в реальной действительности, что наш дом мог уцелеть и туда можно поехать. В мой Мариуполь не ходили поезда и не летали самолеты. Рельсы к нему заросли травой, как в «зону» сталкера.
Он был мечтой, легендой, в нем жили мои необычные предки – прабабушка Елена, которую все звали «Гелей», ее старший брат Елевферий, которого звали «Лефтером», другие полубоги – полугерои, подобно персонажам греческих мифов.

Прабабушка Елена Мултых и бабушка Евгения (слева)

Мои предки были внуками первых переселенцев из Крыма в Приазовье, которым посчастливилось пережить страшную зиму 1778 года и основать загадочный город Мариуполь.
Семья прабабушки Елены Кефели была выходцами из Феодосии (Кафы), которые поселились в квартале Кефе, откуда и пошло название фамилии Кефели.
Предки прадедушки Мултых были жителями крымского Карасу-Базара.
Все предки по линии прадедушки были купцами и жили на улице Карасевской.
Слово «Карасу» в переводе с крымско-татарского означает «черная вода», «черная речка», а в русской переделке «Карасевка»…
Позже, в 1999 году мне удалось попасть в этот удивительный город с помощью ректора Государственного Мариупольского Гуманитарного Университета, одного из ярких лидеров греческого движения Константина Балабанова, пригласившего нас на родину предков.
Мы нашли дом нашей семьи на улице Карасевской, отыскали с помощью работников местного краеведческого музея множество свидетельств жизни наших прадедов, но самое удивительное произошло в Мариупольском городском обществе греков, которым в те годы руководил педагог Александр Карида. Разглядывая стеллажи с фотографиями заслуженных членов общества, я обнаружила фотографию убеленного сединой священника, похожего, как две капли воды, на мою бабушку Евгению Мултых.
Кто это? – воскликнула я в изумлении.
Ответ ошеломил: на фотографии, с которой на меня смотрело лицо близкого мне человека, был изображен Протоиерей отец Василий Мултых, которого мариупольские греки почитают, как одного из выдающихся греков современности.

Протоиерей Василий Мултых

Позже сотрудники донецкого портала, составляющие родословные известных греков, прислали мне родовое древо семьи Мылтых, исходя из которого стало ясно, что я являюсь родственницей отца Василия, а также, что и он, и я находимся в родстве с великим художником Архипом Куинджи, чей дом был недалеко от дома моих предков в Мариуполе.
Отправили письмо в архив Донецкой области, нашли среди старых, истрепавшихся в круговерти гражданской и отечественной войны, документов подтверждение своего происхождения, отослали все это отцу Василию…
Но еще до этого, он мгновенно отозвался на мой телефонный звонок в деревню Усатово Одесской области, где служил в то время в местном приходе.
И тут опять начинается мистика: услышав по телефону, что звонит неожиданно обретенная родственница Наташа, голос отца Василия дрогнул: 30 августа1986 года на корабле"Адмирал Нахимов" утонула дочь Отца Василия Наталья. Это была огромная трагедия для семьи, от которой
супруга отца Василия так и не оправилась, а сам он воспринял чудесное появление дальней 
родственницы Натальи как Божий знак…
Первая встреча с батюшкой на одном из съездов Федерации Греческих обществ Украины в Мариуполе тоже была незабываемой: он сразу же признал меня «своей» , крепко ухватился за руку своей маленькой пухлой рукой (в точности, как у моей бабушки Евгении) и повел за собой в зал, тяжело ступая больными ногами. Бабушка моя, кстати, тоже страдала этим недугом. Даже маленькая семейная иконка, которую я показала ему, вызвала восторг. Отец Василий выхватил ее у меня из рук, радостно воскликнув «Серафимчик!» и поцеловал.
С тех пор нас связывала крепкая дружба, частое общение по телефону и нечастые встречи – до самого ухода из жизни отца Василия, который очень заботился и тревожился о нас…
…Но возвращаюсь к событиям этой весны: апрель, железнодорожный вокзал Мариуполя.
Выхожу из полупустого поезда – сюда, в Мариупольский тупик, почти в зону боевых действий,
мало кто едет. Большинство пассажиров выходят в Запорожье и Днепропетровске.
Таксист – тоже смуглый грек – охотно отвечает на мои расспросы, пока мы едем по улицам города. У него, как и у всех горожан, свежи воспоминания двухлетней давности о трагедии возле здания Городского Совета. В тот день Константин (так зовут таксиста) дежурил неподалеку, возле здания Драматического Театра.
Слышал выстрелы, видел дым пожарища, а позже к машине побежали окровавленные люди, некоторых вели под руки. Водитель развозил раненных, которых по его словам, было немало…
Вижу, как меняется лицо моего собеседника во время рассказа, сколько боли и горя пришлось пережить ни в чем неповинным людям за эти страшные два года…


По свидетельствам очевидцев, самые резонансные события 9 мая 2014 года произошли у здания ГУВД и Городского Совета Мариуполя. Здание ГУВД было полностью уничтожено огнем.
Версии происшедшего рознятся друг от друга, но как рассказывают жители города и социальные сети, серия погромов в горсовете началась еще 24 апреля, когда в Горсовет ворвались люди с битами и избили спящих активистов. Вторая попытка зачистки горсовета накануне праздника - 7 мая - превратила мэрию в газовую камеру. Довершила разрушение здания серия поджогов, которые заполыхали 8 мая. На протяжении нескольких дней и ночей кто-то поджигал горсовет.

               

Огонь уничтожил несколько кабинетов в левом крыле здания и практически все правое крыло. Полностью выгорел большой зал Горсовета, где проводились сессии. Еще одним местом
пожарища стала воинская часть на проспекте Нахимова.
В настоящее время 4 - й этаж мэрии просвечивается насквозь, я это увидела спустя два года после событий, и успела сфотографировать. Интересно, что буквально на следующий день здание Городского Совета было уже затянуто невообразимо-огромными плакатами из ткани, которые покрыли все этажи.
Жители города небезосновательно возмущены тем, что за 2 года главное здание города так и не отремонтировано, хотя средства на это, вне сомнений, были выделены. Вместо этого куплены дорогие плакаты из ткани. Кстати говоря, здание Городского Совета было построено в 1970 году именно, как здание мэрии, по типовому проекту. До этого на этом месте был пустырь, а рядом – автостанция.

            

 

Но гораздо интересней с исторической точки зрения судьба сгоревшего здания ГУВД: этот пожар,
по данным краеведческого музея – не первый. Здание, которое сгорело в результате событий 2014 года на ул. Георгиевской, было построено в 30-е годы прошлого века уже при советской власти. Что находилось там в эти годы - историкам неизвестно, но в годы оккупации Мариуполя этот дом служил биржей труда. Здание горело тогда, когда здесь находилась милиция, а произошло это так: в 1996 году в управлении милиции по ул. Георгиевской прогремел взрыв, в результате которого возник пожар.
Но еще фантастичней тот факт, что в дореволюционное время на месте ГУВД располагалась весьма знаменитая в Мариуполе женская частная гимназия Валентины Остославской, которая в 1919 году была сожжена дотла…
…Чтобы понять Мариуполь, нужно окунуться в его удивительную историю. Моя бабушка Евгения была гимназисткой последнего выпуска той самой гимназии Остославской 1918 года.
Вот каким был город тех лет, описанный с ее слов: «Мариуполь начала ХХ века – время невиданного расцвета для греческих переселенцев, когда греки управляли городом, владели самыми богатыми магазинами, а их дети учились в гимназиях и уезжали получать высшее образование за границу.

            
                                             Сгоревшее здание

Слушая рассказы бабушки, я видела маленькую полную девочку с толстой косой, которая каждое утро садилась в экипаж и ехала во французскую кондитерскую братьев Жорж.
Медленно, со знанием дела, она выбирала пирожные, которые были ее школьным завтраком.
Эти неповторимые вафельные трубочки с безе исчезли в пожаре Революции вместе с братьями Жорж. Потом экипаж мчался в гимназию Остославской, где учились только девочки.
В бабиженином классе были гречанки, русские, еврейки и польки.
Баба Женя помнила всех, даже имена и фамилии - тех, у кого были веснушки, и кто был ябедой, всех учителей – злых и добрых.
Иногда гимназию потрясали выдающиеся события, например, школьный бал, совместно с мужской гимназией. Это вызывало брожение умов среди гимназисток.
Самое ценное, что баба Женя вынесла из гимназической жизни – это изумительную осанку, которая сохранилась у нее до самой старости.
Однажды, роясь в старых документах, мы нашли старинный бабиженин аттестат об окончании гимназии. Это был 1918 год, последний выпуск Остославской»…

   

                                                   Преподаватели гимназии

…Позже этот старинный уютный греческий город был разрушен Октябрьской революцией и гражданской войной. Описывая события тех лет по воспоминаниям Евгении Мултых, я удивляюсь – насколько похоже состояние тревоги нынешних жителей Мариуполя и его горожан в смутные годы гражданской войны: «Наступил 1917 год, расколов Мариуполь на бедных и богатых, на победителей и побежденных. В необъятных степях Приазовья бушевали банды всех мастей – белые и красные, желтые и зеленые.
Каждую ночь в городе менялась власть. В Мариуполь входили батька Махно и Сонька - Золотая ручка.
Дом прабабки Елены Платоновны превратился в зону военных действий, так как его фасад выходил на улицу Торговую, по которой ночью входили в город банды.
И ничто бы не спасло семью Мултых от неминуемой гибели, если бы не приносившая в свое время много неприятностей дружба с соседями.
Через дорогу в овраге, именуемом “слободкой”, жила известная в Мариуполе самогонщица, которая по своим, известным только ей агентурным данным, заранее узнавала обо всех переменах в политической жизни города.
Поздно вечером, когда темнело, она кралась к дому Мултыхов и стучала в окошко.
Испуганная баба Лена выглядывала из-за занавески.
- Слышь, Платоновна! Ночью будет власть меняться, опять Махно, стало быть, нагрянет! - шептала, питавшая трогательную любовь к Мултыхам простая безграмотная женщина.
Баба Лена реагировала мгновенно. Растолкав сонных детей, и напялив на них что попало, она выпихивала их из окна – прямиком в овраг. Там и скрывалась всю ночь семья Мултыхов, пока на улицах гремели выстрелы или чего хуже – шли погромы. Горели дома, город заволакивало черным дымом…»
…В те смутные годы страдали не только греки, но и украинцы, русские, евреи – все национальности, населявшие город. Во время погромов белогвардейцев, семья Мултых, рискуя жизнью, прятала в своем доме еврейские семьи от неминуемой гибели. Жители города сплотились в час великой беды…
…Иду по улицам сегодняшнего Мариуполя – те же дома, что и десять лет назад, когда здесь училась в Университете моя дочь, только заметно, что в последние годы никто их не ремонтировал, дома поблекли, выцвела краска.
И вдруг – как удар в самое сердце – надпись красными буквами прямо на стене жилого дома рядом с магазином: « Убежище – ул. Бахчиванджи 17/91» и красная стрелка-указатель…

      

Эта надпись выбивает из понимания привычной жизни, она – родом из тех обожженных огнем 
дней Великой Отечественной, когда под вой сирены люди бежали в подземку…
Эта надпись отбрасывает из цивилизованного ХХI века куда-то в совершенно другую реальность, вызывает оторопь, потому что здесь, в Мариуполе, еще не понимаешь, что рядом есть Горловка, Авдеевка, Славянск, в которых уже не ХХI век, а темное страшное время бесчеловечных войн.
Всматриваюсь в лица людей – вроде бы те же самые люди, что и десять лет назад, но совсем другие – на лицах почти нет улыбок, нет шума, смеха, оживленных прохожих.
Прежде яркие, нарядно одетые мариупольские красавицы – в скучном сером и черном, народ скромно и неброско одет. Понимаешь, что это не только от общего падения уровня жизни в стране, а от безразличия к внешнему виду. К этим людям пришла БЕДА. Такая огромная, что невозможно передать.
Все понимают, что даже если стреляют в 100 километрах – это не гарантия безопасности. И что ситуация эта - не на один день или даже год – никто не знает насколько…
В магазинах – все есть, но удивляет, что нет импортных товаров – только украинское, однообразное, будто бы Мариуполь изолирован от всего остального мира. Но главное – нет той изюминки, которая делала город особым, имеющим свое лицо. Еще несколько лет назад в магазинах продавались замечательные продукты местных производителей, попробовать которые приезжали издалека.
В маленьких кафе можно было полакомиться знаменитыми пирожными «Дольче вита», от которых за уши было не оттащить, как от гимназических пирожных дореволюционного Мариуполя.
Ничего этого больше нет, так же как и поражающих воображение заморских нарядов в любимом мариупольцами магазине «Марсель», модели которого не снились даже столичным модницам.
В Мариуполь приезжали одеваться…
Сегодня вместо нарядов «От кутюр» - на полках унылые, состряпанные из какого-то ширпотреба наряды «для бедных». Магазины скребут по сусекам то, что было до 2014 года, а «Марсель» растаял в туманной дали прошлого…
В кафешках – такой скудный ассортимент кондитерских изделий, что нет желания выпить чашку кофе. А ведь Мариуполь славился своей французской сдобой, своими кондитерскими магазинами.
Что же удивляться – рядом война!
И вдруг – о чудо! – случайно захожу в кафе с ретро-дизайном возле кинотеатра «Победа».
Со стен смотрят фотографии Алена Делона, Мирей Матье, других кумиров моей юности. Настолько уютно, что невозможно уйти. А когда мне приносят еще и фантастически вкусную шарлотку с яблоками и изюмом – душа оттаивает…

  

Спрашиваю у хозяина, сидящего здесь же столиком: « Как вам удается удержаться на плаву?»
- Печем сами, своя кухня, достать такое сейчас нельзя – отвечает хозяин этого чудесного заведения.
Война проглядывает отовсюду, но больше всего из разговоров простых людей, на улицах:
-«Моя жена похудела на 5 килограмм после событий 2014 года» - рассказывает таксист Платон– «Просто от стресса, и так и не смогла их набрать»…
- « У нас в Восточном микрорайоне постоянно слышна стрельба, уже привыкли, хотя привыкнуть к этому вроде бы невозможно» - делится наболевшим преподаватель Александр…
Самое страшное – это ОЖИДАНИЕ. Мариуполь замер в ожидании того, что может случиться – каждый день, каждую минуту.
Ведь в памяти стариков, в памяти народа еще живет то, что называется «Война»…
И вновь возвращаюсь в прошлое…
Когда началась Великая Отечественная, отец Василий Мултых, тогда еще молодой человек, активно помогал создавать оборонительные рубежи на подступах к Мариуполю, благо получил в числе многих рабочих «бронь». Не успев эвакуироваться, он, как и многие жители города, оказался в оккупации. Говорят, что именно с той поры началось его беззаветное служение Богу. До 1936 г. он посещал Храм Успения Божией Матери на Мариинке, а при оккупации – Свято-Никольский храм на Новоселовке. Прислуживал пономарем, ходил по селам, собирая пожертвования на нужды Храма.
В октябре 1941 года по предложению настоятеля Свято-Преображенского Собора, находившегося в многоэтажном здании Азовстали (сейчас на этом месте Первый Международный банк), стал пономарем этого храма.       
По его инициативе прихожане выступили с ходатайством о перенесении Святых Мощей митрополита Игнатия из краеведческого музея в Кафедральный Собор.
В 1943 году, при отступлении, немцы подожгли множество зданий, среди которых и то, в котором находился Кафедральный Собор, а внутри него Святые Мощи митрополита Игнатия – последняя святыня приазовских греков.

                                  


                                      Отец Василий Мултых с прихожанами

С благословения матери, Василий проник в Собор, собрал в сумку остатки Мощей и, спасая их, отнес к старосте собора. Мощи были спасены и хранились в маленькой часовне.
Именно спасение величайшей святыни приазовских греков стало главной причиной безграничного уважения к отцу Василию Мултых. Долгие годы он заботился о сохранении мощей митрополита Игнатия и о причислении его к Лику Святых. Весь его жизненный путь – это пример служения Богу и Отечеству.
Жизнь его была нелегкой: в сентябре 1945 года Василий был арестован по ложному обвинению в антисоветской религиозной пропаганде и приговорен к 5 годам административной ссылки в пос.Карбулак Талды-Курганской области Казахской ССР.
Пройдя ГУЛАГ, в 1952 году семья возвратилась в Мариуполь.
30 января 2010 года,Протоиерей Василий Мултых ушел из жизни и похоронен на территории своего родного храма – Рождества Богородицы с. Усатово…

               
Село Усатово Одесской области. Здесь на территории храма покоится отец Василий

…Раннее весеннее утро в преддверие майских праздников, которые здесь всегда отмечались по-особому. . Мариуполь укутан белым облаком цветущих вишен и яблонь
Помню, как я была ошеломлена, когда в начале 2000-х попала здесь на самую настоящую первомайскую демонстрацию – у нас их давно отменили.
По главному проспекту города шли колонны тогда еще процветающих предприятий, народ нес цветы, воздушные шары, флажки – не по принуждению, а от души.
Единение людей труда, светлые лица, праздничные импровизированные застолья в каждом сквере...

   

Позже демонстрации перестали проводить, жизнь на заводах замерла, а руководители предприятий, так много сделавшие для города, один за одним ушли из жизни…
Но этим ранним утром 2016 года я шла по другому пути – в Культурный центр мариупольского 
общества греков «Миотида», построенный в те времена, когда Греция еще не была в таком тяжелейшем финансовом положении и активно поддерживала своих соплеменников в разных странах. За несколько лет при содействии Греческой стороны в Мариуполе были возведены не только «Миотида», но и Культурный центр Федерации Греческих Обществ Украины, а также замечательный Греческий диагностический центр.

                    
Возле входа в «Миотиду» делегатов съезда встречает Председатель Мариупольского общества греков Надежда Чапни. Приветствия, объятья – многие не были в Мариуполе уже очень давно. Выезжаем на автобусе в поселок Старый Крым, где в специализированной школе с углубленным изучением новогреческого языка №46 и должен состояться VII съезд Федерации греческих обществ Украины.
На моей памяти таких съездов было немало – в лучших Мариупольских залах, в Государственном Мариупольском Гуманитарном Университете – с обилием высоких иностранных и столичных гостей, с пышными празднествами и концертами.
Но этот съезд – особый. Мы едем в сторону Зоны Противостояния.
Проезжаем освещенные весенним солнцем старые домики на окраине города, построенный накануне страшных событий 2014 года торгово-развлекательный центр «ПортCity» на Володарском шоссе. Позже я еще увижу этот роскошный пустой центр, в который были вложены огромные средства – там сейчас почти нет магазинов и мало людей, потому что война перечеркнула все, что было задумано…
А вот и тот самый поворот, откуда начинается война: фор-пост, военные с автоматами, виднеющиеся вдалеке танки…
Внутренне вздрогнув, проезжаем, и только когда сворачиваем в направлении Старого Крыма, вырывается вздох облегчения….
На пороге школы навстречу гостям уже спешит Председатель Федерации греков Украины Александра Проценко-Пичаджи, на плечах которой держится вся эта неформальная «греческая республика». В трагические для греческой диаспоры дни, она умудряется поддерживать дух в своих соплеменниках – ездит с концертными бригадами в села, оказавшимися в зоне конфликта, всеми правдами и неправдами добывает гуманитарную помощь для пострадавших – лекарства, предметы первой необходимости.
Скромный, без лишнего пафоса, съезд – в школьном актовом зале небольшого греческого поселка.
Но он уникален тем, что, несмотря на трагические события, на него прибыли греки из населенных пунктов, оказавшихся в зоне боевых действий, и даже греки из ДНР и ЛНР, подчеркнув еще раз, что генетические связи крепче границ и политического противостояния.

                                               Делегаты съезда

Здесь все – Одесса, Киев, Западная Украина, Донецк и Харьков…
Звучат приветствия от Вице-президента Всемирного Совета греков зарубежья, Координатора Периферии стран бывшего СССР Ивана Саввиди, главы офиса УВКБ ООН в Мариуполе Дину Липкану, президента Ассоциации греческих обществ Казахстана «Филия» Павла Феодориди, председателя Общества греческой культуры «Элефтерия» в Республике Молдова Владимира Яниева, председателя Союза греческих общин Грузии Фотия Читлидиса, председателя Союза греческих общественных организаций Армении Аркадия Хитарова и других друзей.
В зале среди греков находится вице-мэр Мариуполя Юрий Хотлубей, мого лет поддерживающий греческую общину города.
Но самым главным словом поддержки, стало обращение Посла Греции в Украине Василиса Пападопулоса, которое зачитала Генеральный консул Греции в Мариуполе Элени Георгопуло, прибывшая из Киева. В тревожные дни 2014 года Греческое Консульство было эвакуировано из Мариуполя, хотя сотрудники Консульства работали здесь до последней минуты, даже когда на подступах к городу уже стояли танки.
В канун праздника Воскресения Христова Элени Георгопуло привезла благую весть: консульство возвращается в Мариуполь! Это известие было встречено аплодисментами…
   

               Генеральный консул Греции в Мариуполе Элени Георгопуло

Присутствуя в актовом зале сельской школы, я мысленно перенеслась в прошлое, вспомнив совсем другой съезд:
«Долгими зимними вечерами, греясь у горящей печи, я зачарованно слушала рассказы старой гречанки. Клубилась вьюга за окном, но казалось, что это дуют степные суховеи. Выла поземка, но хотелось верить, что это штормит море.
Грохотал по крыше оборванный лист железа, но в моем воображении это стучали подковы лошадей по булыжной мостовой мариупольских улиц.
Смогут ли понять мои соплеменники из Афин или Салоников жгучую пронзительную ностальгию одинокой греческой семьи, затерянной в круговерти войн и революций?
Мы забыли свой язык, как птицы, разучившиеся летать.
Нас никто не понимал, и мы сами себя не понимали, потому что стали забывать – кто мы и откуда?
Чужие – вот кто мы были.
Но в нас горел огонь – раскаленный, как плазма.
Он прятался, как тлеющий огонек, но в один прекрасный миг в нас что-то взрывалось, и ослепительное пламя проникало до самых кончиков пальцев, преображая и меняя нас до неузнаваемости. Мы становились красивыми, страстными, неуправляемыми.
Это пламя Эллады текло в наших венах. Оно досталось нам от древних богов нашей земли, где солнце испепеляет камни, где небо синее, как море, где люди смуглые и черноволосые.
Мы были эллинами в большей мере, чем кто бы-то ни был, потому что мы были изгнанниками,
а нигде, как в изгнании, не умеют так любить Родину. Ее хранят в первозданном, чистом виде в самой глубине сердца, передавая из поколения в поколение.
И вот однажды Ставрос Ламбринидис привез с собой в Киев божественную певицу Димитру Галани.
Дрогнули струны гитар. Под сводами театра Ивана Франка пронеслись первые аккорды зажигательной греческой музыки. Вздрогнули мои пальцы. Яркими протуберанцами вспыхнул во мне ослепительный свет.
Забилось учащенно сердце, загадочная улыбка тронула губы, холодок прошел по коже до самых корней волос. Повинуясь внезапному порыву, я встала.
Рядом со мной стояли десятки людей.
Некоторые плакали. А музыка звала и звала, и вот уже первые из нас вышли в проход между рядами, и, взявшись за руки, пошли, повинуясь музыке.
Тогда я впервые поняла – откуда во мне этот огонь и порывистые движения, необъяснимые поступки и неисчерпаемая энергия, всепобеждающая сила и желание творить…»

Здание Федерации греческих обществ в Мариуполе. Открытие памятника Митрополиту Игнатию

…А между тем, к трибуне один за другим выходили делегаты съезда. Люди плакали, не стесняясь своих слез. Рассказывали о том, что дома многих сожжены, что дети спрашивают под грохот взрывов; «Мама, меня убьют?» Рассказывали о том, какая беда пришла в их жизнь в цивилизованном ХХI веке.
Слушать это было и страшно, и больно. Но это нужно было пропустить через себя, понять, чтобы быть чистым перед своим родом, своими предками, потому что этот опыт – бесценный.
Больше других запомнилось выступление Светланы Федоровой, председателя Старобешевского районного общества греков, попавшего в зону противостояния.
Трагедия этих людей в том, что даже обратиться в Консульство для получения специального удостоверения соотечественника, дающего право на выезд в Грецию, эти люди не могут: Греция – член Европейского Союза, а жители Старобешевского района оказались вне территории Украины, на территории непризнанной в ЕС Донецкой Народной Республики…
Делегаты говорили о том, что греческая диаспора Приазовья борется, пытается сохранить все доброе и светлое, созданное за прежние годы. Съездом единогласно были избраны на новый срок Председатель Федерации Александра Проценко-Пичаджи и ответственный секретарь Николай Косе, который, несмотря на тяжелую болезнь, сделал все возможное, чтобы съезд состоялся.
Обретут ли когда-то греки Приазовья мир и надежную крышу над головой?..
 
                             
Весна 2016 года. На съезде с Председателем Федерации греков Украины А. Проценко-Пичаджи
… 23 апреля 1771 года святитель Игнатий (рожденный на острове Фермия в Греции в 1715 году в знатной семье Гозадинов) прибыл в Крым. Митрополит Игнатий поселился в Успенском скиту возле греческого селения Мариамполь, ставшем в XVIII веке резиденцией Готского митрополита.
Приезд святителя на полуостров совпал с разгаром очередной русско-турецкой войны. Опасаясь полного духовного порабощения и физического уничтожения своей паствы, святитель обратился к царице Екатерине II с прошением принять крымских христиан в свое подданство и дать им землю для поселения.
Императрица Екатерина II дала согласие, и 23 апреля 1778 года, на Пасху, митрополит Игнатий после литургии в пещерном храме Свято-Успенского скита призвал верных христиан готовиться к исходу из многовекового пленения.
Как утверждает Википедия, в 1779—1780 гг. греки (вместе с другими христианами Тавриды) переселились из Крыма на северные берега Азовского моря, где основали около 20-ти сёл. 
Преосвященный Игнатий сам занимался расселением своих прихожан на новых землях.
5 августа 1780 года митрополит вместе с духовенством и поселенцами в количестве трех тысяч человек прибыли к определенному им месту, где впоследствии был основан город Мариуполь.

                            
       Памятник Митрополиту Игнатию на смотровой площадке Собора Святого Архистратига Божия Михаила

В Мариуполе есть два Памятника митрополиту Игнатию. Первый из них был установлен в конце 1990-х годов на смотровой площадке Собора Святого Архистратига Божия Михаила, второй — в сентябре 2008 года около Федерации греческих обществ Украины.
Выпущена памятная юбилейная медаль Митрополита Игнатия, которой я удостоена несколько лет назад…
Сегодня во всем мире наблюдается небывалый взрыв межнациональных и религиозных конфликтов, ими охвачены целые страны и регионы. Гонения на христиан вызывают глубокую озабоченность, о чем говорилось на встрече патриарха Московского и всея Руси Кирилла и Папы Римского Франциска, которая состоялась 12 февраля этого года.
Пережив тяжелое переселение из Крыма во главе с Митрополитом Игнатием, пройдя через огонь гражданской и отечественной войн, репрессии и ГУЛАГи, многострадальные приазовские греки
снова оказались в самой горячей точке военного конфликта, который тянется уже не один год.
Но самое ужасное, что сегодня враждующими сторонами являются не представители традиционно конфликтующих религий и народов – а единоверцы, христиане, славянские народы, берущие начало от одних исторических корней.
Наверное, нужно много мудрости и понимания, чтобы принять свою родину, такой, какая она есть на самом деле – исторически и ментально – с неповторимым греческим городом Мариуполем, непостижимой Одессой, удивительной Полтавой, романтичным Львовом…
Здесь живут представители многих национальностей и народностей, связанные крепкими нитями многовековой дружбы и сотрудничества. Разорвать эти связующие нас нити, поссорить нас, сделать одних избранными, а других бесправными – значит, уничтожить многообразие единого организма нашего общего дома…